Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

адвокат Студенецкий

Бондарев Ю.В.

Сегодня ушел от нас в мир иной Юрий Васильевич БОНДАРЕВ.
Ему недавно исполнилось 96 лет.
96 лет яркой достойной жизни. Летом 1941 года Бондарев, будучи школьником, участвовал в сооружении оборонительных укреплений под Смоленском. В 1942 году, после окончания 10 класса, направлен на учёбу в пехотное училище. В октябре того же года Бондарев направлены под Сталинград командиром миномётного расчёта. Контужен, получил обморожение и ранение в спину. Участвовал в форсировании Днепра и освобождении Киева. В боях за Житомир был снова ранен. Освобождал Польшу. За личное мужество награжден двумя медалями За отвагу!
После войны окончил литературный институт. Автор честных и пронзительных произведений о войне, ставших классикой:
"Батальоны просят огня", "Горячий снег", "Последние залпы", "Берег"... Лейтенантская проза. Он писал о том, о чем знал. Почти все его книги автобиографичны.
Человек несгибаемой воли, высоких моральных качеств. Настоящий гражданин, солдат и патриот.
Светлая память! Царствие Небесное!

адвокат Студенецкий

Искусственные идеалы

Либеральная идея и социалистическая (коммунистическая) идея хороши всем, кроме одного. Это одно - их утопичность.
Как писал Достоевский, в "Бесах" о социалистах, всё хорошо придумали, одного не учли - натуры человеческой.
Так и либералы с коммунистами, при всей их несхожести, они близки как братья. Близки именно в искусственности и утопичности своих идей. Одни уверены, что можно взрастить идеального человека будущего, другие уверены, что миллион не очень образованных людей могут голосованием выбрать идеальный путь. А конкуренция осчастливит всех.
Если есть немного здравого смысла, вы согласитесь, что ошибка возникла не в ходе воплощения этих идей, а заложена в их основе.
адвокат Студенецкий

Страсти по «Левиафану». Смотрел ли Достоевский этот фильм?

Левиафан_кадр

Не успев выйти на большие экраны, фильм А. Звягинцева успел стать едва ли не главным предметом обсуждения на культурной ниве. Горячие, до ругани, споры возникли не по поводу художественных достоинств фильма, а по поводу глубинного смысла произведения, сверхзадачи, которую пытался достичь автор. Способный к объективному анализу зритель, в большинстве своём согласится, что с точки зрения художественных достоинств, фильм ничем не выделяется от десятков подобных и не начни его награждать все и за всё, он так и прошел бы, не обратив на себя особого внимания. И министр культуры не выглядел бы в очередной раз так глупо. Но фильм заметили. Наградили. Потом ещё. И хочешь, не хочешь стали задумываться, а за что? Правда там или клевета? Болью пропитано произведение или злопыхательством?
Действительно, рассматриваешь эпизоды, вроде как правда. Да, так есть. И так бывает. И о таком слышать приходилось. Но что-то не складывается в полноценный рисунок. Может, не хватает некоторых кадров. Где-то около половины, чтобы получилась правда.
Желание же пнуть патриарха, заметно невооруженным глазом, но получилось это совсем слабо. Халтурно и тенденциозно.
А при чем здесь Достоевский? Да такое ощущение, что он смотрел этот фильм ещё в 1872 году. Ну, сами посудите: «Существуют искони некоторые приемы обличения, крайне парадоксальные, но чрезвычайно метко достигающие цели. Например: «это люди святые, стало быть, и должны жить свято, но так как мы видим обратное, то»... вывод ясен. И это чрезвычайно действует. В подтверждение выставляется целый ряд неотразимых фактов, которые всем были известны, но не производили известного действия, пока их не сгруппировали в целую систему с известною целью. Отсюда выходят иногда преудивительные выводы.
В сущности, в этой группировке фактов всегда заключается только половина правды, а лишь половина всей правды, по-нашему, хуже лжи. Прямую ложь еще можно опровергнуть, но как опровергнуть целую систему фактов, если они справедливы? Мы знаем, что еще при святом Феодосии, при самом основании Киево-Печерской лавры, уже находились некоторые точно такие же плотоугодники и малодушные в числе собравшейся братьи. Мы знаем, что грех, эгоизм и даже злодеяние являлись тотчас же даже в самых первых христианских обществах, еще при самом основании христианства. Указывая на это, мы вовсе не предлагаем склониться перед историческим фактом или, вернее, законом и успокоиться; это было бы омерзительно. Но если грех и мерзость были еще при святом Феодосии и в первые времена христианства, то были зато и сам св. Феодосии, и мученики за Христа, и основатели христианства, и основатели всего современного христианского общества. А ведь в этом и всё».
Воистину, «что было, то и будет, и что творилось, то творится, и нет ничего нового под солнцем».дост